Онкодиспансер детское отделение оренбург записаться

Да Нет Онкодиспансер в Оренбурге. Фото: Яндекс Карты Заведующий детским онкологическим отделением Оренбургского онкодиспансера Алексадр Шапочник рассказал изданию orengrad, что в Оренбургской области нехватка лекарств для детей, а имеющегося запаса препаратов хватит лишь до середины января. По оценке завотделением, запасы препаратов иссякают, а времени становится все меньше.

Онкодиспансер детское отделение оренбург врачи

Парижской Коммуны, д. Известное место в городе, куда стекаются люди со всей области с явным «тематическим» заболеванием или подозрением на страшный диагноз. Одни обследоваться, вторые лечиться. Вот и мне выпала такая участь там побывать. Признаюсь, что от слов врача точнее врачей , который заподозрил у меня что-то не то, «надо просто показаться, просто сдать соответствующие анализы, просто на осмотр» стало не по себе. Все же понимают, что здорового человека туда не отправят.

И как бы не звучало слово «просто», все равно становится страшновато от одной мысли посещения данного медучреждения. Я шла туда, чтобы исключить один диагноз. С верой только в хорошее безусловно, но страха хватало, причем не столько у меня, сколько у моих родных и близких.

Что знала я до этого об онкодиспансере? Сюда обращались моя тетушка, односельчане, знакомые. Помню, лет. Но мой визит по причине такого обследования не удался — аппарат сломался, а мне тянуть нельзя было. Сейчас онкодиспансер представляет собой комплексное здание. Начиналось с малого, но, к сожалению, комплекс становится все больше и больше. Увеличивается количество онкобольных — увеличивается в объеме диспансер.

Закономерность печальная. Атмосфера здесь, конечно, стоит особенная: настороженная, натянутая, тревожно-молчаливая даже при большом скоплении народу. Кто-то молча стоит, кто-то делится своими переживаниями с соседями по несчастью, кто-то плачет. Гардероба нет, приходится с верхней одеждой таскаться по коридорам-кабинетам-смотровым. Бахилы есть везде, абсолютно бесплатно.

Торговые точки предлагают их за деньги видимо, спрос есть, раз предлагают. Можно сделать ксерокопии, купить прессу, перекусить. В первый день моего пребывания в онкодиспансере мне ничего в рот не лезло. Как-то несочетаемы были пирожки с тамошней атмосферой.

Но потом, на третий день, ко всему привыкаешь. Даже покупала тамошний курник и слопала его, иначе бы не доехала в авто без последствий. У меня был свой определенный «маршрут» в этом медучреждении. Это первое, куда обращается пациент с направлением.

Два, по-моему, окошка. В мой визит обед очередей не было, потому процедура оформления заняла немного времени. Работница регистратуры, прочитав мое направление, эмоционально прокомментировала : «Господи, ну откуда что берется-то?!

Вопрос, в тех стенах, наверное, ежедневно произносимый сотни раз. Ответ на него знает Тот, к Кому он обращен. В регистратуре выдается талончик с фамилией врача и временем приема.

Иду в нужное мне отделение. Не буду по понятным причинам озвучивать отделение, в котором обследовалась. Ну и называть соответственно имя врача, хотя очень хочется. Я даже не думала, что онкологами могут быть такие молодые, безумно красивые и хрупкие женщины! Но главное — это профессиональные и человеческие качества. Здесь, как нигде важно их сочетание.

Онколог, к которому я попадала на прием, порадовала своей компетентностью, мы были с ней на одной волне, понимая друг друга в своих статусах «врач-пациент». Обходительна, внимательна, доброжелательна.

Все дни нашего общения — одно удовольствие видеть и общаться с таким эскулапом. Забота и интерес к моей персоне проявился в том, что врач настоятельно просила позвонить ей, когда окончательно разрешиться моя проблема история длинная и сложная , хотя по сути это была уже не ее забота. По времени, однако, на прием я не попала. Талон оказался формальностью. Зашла на целый час позже, за что врач потом извинялась, уповая на большое количество больных, в том числе тяжелобольных, в скорой помощи которым ну никак не откажешь.

Поток пациентов действительно бесконечный, конца края не видно, и это пугает. И страшит также возраст пациентов : молодых людей хватает, ой, хватает. Все последующие свои повторные посещения были без талонов. Забор крови и лаборатория.

После выдачи направления на сдачу крови идем в другое здание объяснят и скажут как дойти. Условия там, конечно, не ахти : в каком-то закутке с торца, о сносном ремонте речи нет, узкие проходы. Рядом по соседству самое страшное отделение — детское. Надо внимательно смотреть на листочки с анализами, на которых написаны номера кабинетов, ибо кровь из вены берут в процедурной направо, а из пальца — налево.

Я уж и отвыкла от пальчикового забора крови, так как последние года в наших медучреждениях кровь берут исключительно из вены. Персонал обходительный — претензий нет. Кабинет УЗИ. Не знаю, какие условия попадания туда : по записи, внезапно или как. Очередь, само собой, присутствует.

Другой момент, что она постоянно нарушается, так как приходит больной еще больнее, и его приходится пропускать вперед себя. Не было понятно одно: почему «платники» не могут зайти на обследование, просиживая в очереди не один час. Я попала туда, имея направление онколога с настоятельным требованием обследовать меня вне очереди, тем не менее быстро я не зашла. Пришлось «потусоваться» рядом с кабинетом, благо «сидячие» места там есть. Принимала женщина-узист: спокойная, размеренная, освещающая все детали обследования.

Так как над моей проблемой навис огромный вопрос, узист посоветовала дождаться мне второй смены, дабы посмотреть меня в «6 глаз» то есть 3 человека одновременно , и уже тогда сделать умозаключения по диагнозу.

Вторая смена оказалась не менее милой и приятной и даже позитивной, ну а мне как стало позитивно-то после радостного вывода после тщательного осмотра!

Уходила с онкодиспансера я с чувством облегчения. Обследование подтвердило только хорошие предположения и ничего иного. И как бы иные узисты не настаивали на своей точке зрения, именно специалисты с онкодиспансера в конечном итоге оказались правы было еще пару независимых УЗИ.

Так что я сделала выводы о профессиональной грамотности работников онкодиспансера. Те дни, что я провела на обследовании в Областном онкодиспансере, с моральной точки зрения приятными не назовешь.

Но опыт был во всех смыслах полезный. Хотя бы для того, чтобы посмотреть: как оно там, изнутри? И хотя бы для осознания того, чтобы вовремя ценить и беречь свое здоровье.

Желаю никому не попадать в это место, но коли так сложились обстоятельства, принять это по возможности философски и стойко. Возможно, все не так плохо, как кажется. И даже если плохо, в интересах врачей дать своему пациенту спасательную соломинку. По опыту всех своих знакомых, перебывавших там, знаю, что онкологи борются за здоровье своего пациента до последнего.

Да, не всегда, возможно, чутко и по-доброму, не всегда щадяще и трепетно, но у них своя работа : адская. Столько чужой боли на себя принимать каждодневно, столько негатива.

Плавающая уточка из маленьких кусочков цветной бумаги, наклеенных на простую картонку. Его прислали сюда уже на паллиатив, так и не сделав операцию. Мы потихоньку начали давать лечение. Он очень тяжело всё переносил, с высокой температурой. А когда она спадала на короткое время, делал эту аппликацию с мамой. И у него случилась ремиссия. Болезнь перестала прогрессировать.

Посоветовавшись с Москвой, вновь решили отправить его на трансплантацию. Всё прошло хорошо, но осложнения после операции оказались слишком тяжёлыми… Педиатр — не мужская работа? Боюсь узнать от Александра Петровича другие истории. Даже слышать такое сложно. А каково сталкиваться каждый день? Несмотря на то что наша отрасль — одна из самых развивающихся в мире, определить, почему ребёнок заболел, иногда нельзя.

Однако на сегодня процент выздоровления и стойкой ремиссии при некоторых видах опухоли доходит до 90! Они лежали вместе с другими пациентами, у которых было воспаление лёгких, бронхит, сахарный диабет. И умирали порой именно от инфекций. Да и протоколы лечения в стране, которая десятки лет жила за железным занавесом, были устаревшие, неэффективные.

Оренбургский областной клинический онкологический диспансер

Парижской Коммуны, д. Известное место в городе, куда стекаются люди со всей области с явным «тематическим» заболеванием или подозрением на страшный диагноз. Одни обследоваться, вторые лечиться. Вот и мне выпала такая участь там побывать. Признаюсь, что от слов врача точнее врачей , который заподозрил у меня что-то не то, «надо просто показаться, просто сдать соответствующие анализы, просто на осмотр» стало не по себе. Все же понимают, что здорового человека туда не отправят.

Детские отделения

Сегодня детская онкологическая служба областного диспансера представлена детской поликлиникой, детским онкологическим отделением на 24 койки, дневным стационаром на 10 коек, детским отделением анестезиологии и реанимации на 6 коек. В становлении и развитии детской онкологической службы Оренбургского областного онкологического диспансера активное участие принимали: Людмила Васильевна Сидоренко- заместитель главного врача по детству с года - зав. Дмитрия Рогачева» Минздрава России. Возглавляет отделение кандидат медицинских наук, врач детский онколог высшей категории, главный внештатный детский онколог министерства здравоохранения Оренбургской области Александр Петрович Шапочник. В составе отделения работают врачи В.

Детское онкологическое отделение (химиотерапия)

.

.

Детские онкологи в Оренбурге

.

.

.

Комментариев: 1

  1. milkas.m:

    Владимир, у меня знакомый обливался- умер от воспаления легких